Не царское это дело!..
Электронные часы в вестибюле гостиницы показывали полвторого. Швейцар поставил кресло поближе к выходу и уже собрался усесться, как к дверям снова кто-то подошёл.
«Опять военные, — подумал он. — Пока не напьются, домой не придут».
Федя открыл дверь и молча уставился на двоих в форме. Сложный контингент, эти военные. Сейчас спросишь визитку — матом обложат. Скажут: «Ты что, нас не запомнил?» А как вас всех запомнишь?
Фёдор решил ждать. Молча отпихнут его в сторону — значит живут здесь; скажут, что в гости — не пущу, поздно уже; на поселение тоже нельзя: пусть идут в свою военную гостиницу.
Первым заговорил худощавый человек в расстёгнутом бушлате и большой фуражку с синим околышем.
— Ну-ка, поди сюда. Да поди, поди, не бойся. Дело есть.
— Что случилось? — показывая, что совсем не боится, сказал Федя.
— Бабы нужны. Сможешь сделать?
В этот момент швейцар услышал зовущий его голос администратора. Он, попросив подождать, закрыл дверь на скобу и исчез в полумраке ночной гостиницы.
Федя не торопился возвращаться к двери, надеясь, что они не дождутся и уйдут. Но военные всё стояли. Правда, второй, которого он не успел рассмотреть, куда-то исчез.
— Так что, вам дать телефон? — начал швейцар.
— Подожди, командир, сперва покажи, где тут у вас туалет?
— А что, под кустик не смог?
— Не царское это дело, под кустик ходить!
Федя указал ему на нужную дверь.
— А прапорщик придёт — не пускай. Пусть здесь ждёт.
Через минуту показался прапорщик. Наконец-то Федя смог его рассмотреть. Это был полноватый человек с большими усами. Он был аккуратно застёгнутый на все пуговицы. Подмышкой он нёс бутылку с «фантой». Первое. О чём спросил его Федя, кто по званию его спутник. Оказалось — майор.
Прапорщик открыл бутылку и предложил швейцару глотнуть. Он был в хорошем настроении и рассказывал, как они безуспешно пытались вызвать баб к себе в военную гостиницу. Оказалось, что там и не совсем удобно, из-за близости начальства.
Вернулся майор.
— Ну что, организуешь?
— Это будет дорого стоить.
— Называй цену. Не хватит — баксами платить будем.
— Вы на какое время хотите остаться?
— До утра, до шести.
— Значит, на четыре часа. За номер с вас по полтиннику в час, то есть двести. Платите сейчас. А за баб заплатите, когда привезут. По стольнику в час за каждую.
— Круто! — сморгнул выпученными глазами прапорщик.
— Молчать! — майор полез в карман. — Не царское это дело, торговаться.
Вместо четырёх пятидесятитысячных бумажек он отсчитал пять.
Швейцар одобрительно кивнул головой и быстро спрятал деньги в карман.
— Я пойду договорюсь.
Толстая дежурная по этажу была рада заказу и приготовила ключ от свободного номера. Федя отправился за клиентами.
У столика дежурной майор взял ключи и передал их швейцару:
— Показывай.
Фёдор пошёл по коридору, военные отправились за ним. Подойдя к нужной двери, он опять передал ключи майору.
— Антон, — обратился тот к прапорщику, — займись. Не царское это дело, двери открывать.
Девочек привезли только через час. Парень, заходивший с ними, сказал, что пока на два часа, а там видно будет.
Фёдор поднялся к дежурной.
— Михална, ну как дела?
— Феденька, ты только в шесть подойди, ладно? Они всё пьют. Как бы шума не было.
Через два часа приехал парень и, спустившись, сказал, что их продлили ещё на два часа.
— Как на два? — возмутился Федя. — Я их через час выгонять буду.
— Не знаю. Они сказали, что сами их отвезут домой. Я за ними больше не приезжаю.
Прошёл ещё час. Как только швейцар показался на этаже, дежурная проворно вскочила со своего стула.
— Только аккуратно, Федя, я тебя прошу! Они совсем дурные, может больные какие-то. Не скандаль с ними. Тихонько попроси, чтобы уходили.
Фёдор не успел дойти до их двери, как в коридоре показался сначала прапорщик, а потом и все остальные. Одна из девчонок поманила швейцара пальцем.
— Машина приехала? — прошептала она ему на ухо.
— Нет. Он сказал, что эти вас домой отвезут.
— Я с ними не поеду! Они от нас теперь не отстанут! Что же теперь делать?
— Спускайтесь на первый этаж, запритесь там в туалете и ждите, пока я за вами не зайду.
Прапорщик долго прощался с дежурной. Фёдор пронаблюдал за этой церемонией и спустился вместе с ним.
— А где же девки? — спросил коренастый усач у стоявшего на улице майора.
— Туда пошли, он махнул головой в темноту вестибюля. — Сказали: в туалет.
— Ждём-м, — прапорщик начал подёргивать ногами.
— Тут есть другой выход? — спросил майор через некоторое время.
— Есть, но сейчас всё закрыто, — швейцар вынужден был отдуваться.
— Значит, ты говоришь, что они не могли выйти? Врёшь! Вы все — одна мафия. Нельзя вам верить.
— Андрей, может я пойду разберусь? — вмешался прапорщик.
— Молчать! — прикрикнул на него майор и вновь обратился к швейцару. — Если они через пять минут выйдут, я перед тобой извинюсь. А если нет, тут уж… — и он пожал плечами.
Вмешался в разговор прапорщик. Разминая кулаки и подёргивая ногами, он подошёл к швейцару.
— Ты не смотри, что животик. Мы и каратэ показать можем.
В этот момент из темноты показались девчонки. Майор сразу ринулся к ним, а прапорщик, наверное, в знак примирения, протянул швейцару руку, но не вниз, а вверх. Крепко обхватив большой палец протянутой тем же образом руки, он начал давить на неё, показывая, какой он сильный. Федя не блистал огромными мускулами и быстро сдался. Прапорщик же, с видом победителя, отправился на помощь своему командиру.
Девчонки сидели в креслах и старались не реагировать на просьбы, уговоры и прочие выпады окрылённого толстяка. Сухощавый же офицер сидел угрюмый и молчаливый.
— У нас всё оплачено, — не унимался прапорщик. — Вы поедете с нами домой, в казарму или к чёрту на кулички! Короче — куда мы скажем.
— Пойдём, Антон, — майор встал и направился к выходу.
— Сейчас, я девок возьму…
— Отставить! — он крикнул так, что все присутствующие замолчали. — Не царское это дело, в … ковыряться.
