Инаф Овсей

Из "КАМНЯНАКАМНЕ" - http://zhurnal.lib.ru/i/inaf_o/

Уже отлив. А ночью - старой кладки
Небесный свод. Мы клонимся, подрублены
Отливом. Смолкнув, падаем украдкой
Сопровождая голосами грубыми
Лишь сам момент исчезновенья
В трех, даже в двух словах, когда туда
Глаза закатываем как по мановенью
Ветров, идущих от земли. А нашу кровь
Стремит от этих берегов
Покатая соленая вода.
***
Вот из этой кружки
Выпила пол-кружки
И теперь, старушку,
Клонит меня в сон.

Манит меня в сети
Пустота, и ветер
Осторожно плетью
Будоражит сор.

Волны как икота,
Без конца, без счета.
Птичьего полета
Плавает плевок.

Только слышу: "Хопiць".
Немота и копоть.
Взяв меня за локоть -
Канул поплавок.
***
Долга печаль. Пытливый ум зарос.
Ушла вода из длинных книжных скважин.
Кружным движением заряжен
На холостом ходу скребет по дну вопрос.

Я слышу беспокойствие причин,
Нуждающихся в заполненьи силой.
Пугающая слепота посыла.
Скрипично-звездные ключи.

Прицельно ночь колотит по своим.
Записанное ляжет плесневеть в словоподтеках.
Где будет рваться, там и тонко.
Где будет ранка - посоли.

Упрятан человек в коробочки разлук
И до крови теперь кусает локти, губы, вены.
Ни ветерка, ни вздоха. Штиль. Измена
Самофракийской дерзости без рук.

В согласии с собой, с обоями, с борьбой
Безропотности против постоянства.
С теченьем времени стеченье обстоятельств
Не потревожит никакой разбой.

Наделав шуму - много ли из ничего? -
Лениво ветер вилами охаживает травы.
Как туловище ждет расправы,
Природа так - в дожде изгваздаться челом.

Иных уж нет, иным же хоть бы хны:
Влюбляются, уходят в люди, позвоночник крестят.
Приноровились. А дурак на месте.
Низы хотят как прежде, могут, как всегда, верхи.

В реальности мы видим глупый сон,
Один и тот же сон, где мы под лупой,
Где проговариваемся к смерти. Ступор
Приваривает оземь. "Что у Вас с лицом?"

Движение по высохшему руслу, сверху вниз.
Подошвы тяжелеют грязью. Разве
Сопротивление вещей придирчивому глазу -
Бойкот?.. О чем-то правильно не говорить. Пригнись.

Как ангелу в посудной лавке нету нужд
Бывать, но, равным образом, и ты - заочник.
Развалы бархатные ночи.
Она роскошествует. Ты ей чужд.

Не достигая тверди, дверцу затворив,
Не досаждая ближнему, скриплю столоночами,
Досадуя, ногой нечаянно качаю
И подпираю щеки изнутри.

Твоя усталость борется со сном.
Продавленные радости дивана, близость эпилога.
И на глазах, лишенных блеска, - ластоного
Расшаркиваясь, жизнь идет на слом.

Часы заходятся от крика ВИРА.
На кончике пера - кончина мира.
***
Жизнь идёт, а мне не спится,
Сонмом, строем, вереницей
Пионеры дружной стайкой
Заворачивают гайки.

Я, заслуженно-забытый,
Подлежу суду и сбыту
Мелко-оптом в мелкотемье
Не затем, не с тем, не с теми.
Очевидности хочет оченно
Одичавшая одиночина

Размер предшествует стиху,
Как человеку - доктор Морзе.
Как таковому человеку - фу! -
Лишь дать по морде.